Самые комментируемые за месяц

Хроника информационной войны

10 марта 2014, 21:50

Они убедили нас, что они — законная власть.
Мы согласились.

Они убедили нас, что они — сила.
Мы подчинились.

Они убедили нас, что они — это государство.
Мы приняли это как само собой разумеющееся.

Они убедили нас, что они — это Родина.
Мы принялись их защищать.

Когда придет время платить по счетам, они станут убеждать нас, что они — это мы.
Что мы будем делать тогда?

Фрагменты: рассвет и дождь

18 августа 2008, 18:38
Фрагменты-зарисовки — продолжение.


Утром в городе встретились рассвет и дождь. Они не стали будить город, и встречу видел один лишь я.

— Придет осень, — сказал дождь, постучавшись в мое окно. — Придет мокрая и продрогшая осень...

— Да, — хмуро подтвердил рассвет, стоя за его спиной.

— Но ведь еще только июнь? — возразил я, открыв окно.

— А разве это важно? — спросил дождь, забарабанив пальцами по подоконнику.

— Не знаю, — сказал я и набросил на плечи куртку. — Не знаю.

Что я мог еще сказать — в воздухе и вправду пахло осенью и сырой листвой, а деревья покорно замерли под дождем. Стелилось по полу холодной влагой, сочилось сквозь пальцы оцепеневшего мира — само время.

Этому миру много тысяч лет, — сказал я дождю.

Этому миру гораздо больше, чем ты думаешь, — ответил дождь. — Просто он забыл свое будущее. Он постарался забыть — и забыл — свою смерть.

А ты видел все и все помнишь?

Я видел все. Я — единственный, кто все помнит.

Ты помнишь и смерть мира?

Я помню и смерть мира. Она началась — или начнется, если тебе так больше нравится, — моими шагами. Ведь мое настоящее имя — Память. Теперь оно забыто... Услышав мои шаги, мир обернется — и вспомнит все, и увидит свои следы на песке, оплывающие под потоками воды, — и умрет, не выдержав этого.

А ты?

А я останусь в пустом зале под открытым небом — разглаживать чистые мокрые песчаные простыни. Песок податлив...

И тебе не будет страшно?

Мне не будет страшно — я привык. Ведь я в конце концов оказываюсь занавесом любого Спектакля.

Знаешь... Мне кажется, что я прожил бок о бок с тобой века, но заметил тебя — только сейчас.

Ты просто забыл меня. Я встретил твое рождение, и я провожал твою смерть.

Ты можешь сказать мне, что ждет меня?

Когда-то на земле жило племя, люди которого звали меня по имени. Они жили рядом с пропастью и каждое утро встречали меня на ее краю. Они без опаски смотрели в глаза своей судьбе. И в награду за бесстрашие я дал им свободу знать будущее.

Что случилось с ними?

Потом люди стали пугливыми, и предались мечтам. Их мечты входили в будущее, и люди ждали того будущего, о котором мечтали. В их пророчества прорывались их желания — и предсказания их утратили силу.

А я...

Ты из этого племени. Но ты пришел слишком поздно.

И ты ничего мне не скажешь?

Я ничего больше не скажу тебе.

— ...больше не скажу... — прошуршал плащ дождя.

— ...тебе... — эхом прозвенели по жести подковы.

Я прилег на кровать, закрыл глаза и стал прислушиваться к шелесту времени, постепенно проваливаясь в вязкий усталый сон.

* * *

К вечеру дождь стал сильнее и скоро, озадачив метеослужбу, превратился в обыкновенный озорной летний ливень. Шлепая мокрыми ладонями по асфальту, он быстро иссяк и затих. Рваные тучи расползлись, и холодно улыбнулось пронзительно синее небо.