Лексические симптомы политических перспектив

30 ноября 2007, 22:54
В конце 2004 года мое внимание привлекли две вещи, на первый взгляд связанные между собой только лишь одним словом.
1. На заседании правительства России 16 декабря 2004 года министр культуры и массовых коммуникаций Александр Соколов выступил с докладом об основных направлениях государственной политики по развитию сферы культуры и массовых коммуникаций. Глава МЧС Сергей Шойгу критически высказался по поводу этого доклада: «Я слушал внимательно ваш доклад, но не понял, где тут основные направления. Все, что вы сказали, это из Положения о министерстве, это ваша работа, за которую вы получаете государево (выделено мной. — Xendz) жалование.»

2. В метро на ряде станций через репродуктор крутили аудиорекламу какой-то лотереи — уж не помню какой. В рекламном фрагменте голос с плохо поставленным оканьем, в частности, сообщал, что «билеты лотереи можно купить во всех государевых (выделено опять же мной. — Xendz) отделениях Сбербанка».
Смысловая разница между однокоренными словами «государев» и «государственный» очевидна и так, но мы все же обратимся к словарю, ибо нюансы тоже любопытны:
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ прил.
1. Соотносящийся по знач. с сущ.: государство, связанный с ним.
2. Осуществляемый государством, находящийся в его ведении. // Устанавливаемый государством.
3. Связанный с деятельностью государства, его функционированием. // Принимающий непосредственное участие в управлении государством. // Способный действовать и принимать решения, руководствуясь интересами государства.
4. Имеющий значение для всего государства, учитывающий его интересы.

ГОСУДАРЕВ прил.
1. Принадлежащий государю (1).
Подмена, как можно заметить, неэквивалентная и отнюдь не безобидная...

К чему я веду? Дело в том, что никто не чувствует настроение публики лучше политиков и рекламщиков (особенно хорошо его чувствуют политики, занимающие высокие посты, и рекламщики, получающие высокие гонорары). И это означает, что уже в 2004 году публике хотелось не государственности, а государевости. А это значит, что то, что происходит (ведь, кажется, ни у кого уже не осталось сомнений в том, что же именно происходит?) и будет в какой-то степени узаконено через два дня, — соответствует чаяниям публики.

Я к тому, что ничего нежиданного в этом, увы, нет, все совершенно закономерно. Мы получаем то, чего хотели, так как публика — это и мы с вами, сколько ни тыкай перстами в стороны и вверх.
Поделиться
Ваш комментарий
адрес не будет опубликован

ХТМЛ не работает

Ctrl + Enter